Тетрис

Головоломка о четырёх падающих квадратах, которую программист Алексей Пажитнов написал в 1984 году в стенах Вычислительного центра Академии наук СССР, — не просто самая известная советская видеоигра. Это ещё и герой одной из самых запутанных историй авторского права в индустрии: пока фигуры-тетромино покоряли мир, права на них делили советское внешнеторговое ведомство, английский издатель, японский предприниматель и Nintendo.

История создания

Пажитнов работал в лаборатории искусственного интеллекта и занимался распознаванием речи; головоломки были для него скорее инструментом проверки алгоритмов, чем работой. Отправной точкой стала игра-головоломка американского математика Соломона Голомба «Пентамино» — но вычислительных мощностей «Электроники-60» на фигуры из пяти клеток не хватило, и Пажитнов сократил их до четырёх, назвав получившуюся игру от греческого «тетра» (четыре) и своего любимого вида спорта — тенниса. У «Электроники-60» не было ни графики, ни полноценного экрана — только текстовый терминал на 24 строки по 80 символов, поэтому первые фигуры складывались из квадратных скобок. Коллега Пажитнова Вадим Герасимов вскоре перенёс игру на IBM PC и добавил ей цветную графику, а школьник Дмитрий Павловский довёл до ума DOS-версию. К 1986 году копии разошлись едва ли не по каждому компьютеру IBM в Москве — без всякого участия автора: права на программу, созданную в государственном НИИ, по советскому закону на десять лет вперёд принадлежали институту.

Игровой процесс

Правила «Тетриса» умещаются в одно предложение: сверху на поле падают фигуры из четырёх квадратов, их нужно двигать и вращать так, чтобы заполнить горизонтальную линию без просветов, — тогда она исчезает, а если фигуры доходят до верха поля, игра заканчивается. Простота и универсальность этих правил объясняют, почему игра одинаково хорошо чувствовала себя на текстовом терминале, на экране PC и позже на крошечном дисплее Game Boy: ей не требовались ни графика, ни звук — только чёткая логика.

Что было необычным

Простота далась не сразу. Пажитнов вспоминал, что встроенный генератор случайных чисел упорно выдавал одну и ту же фигуру подряд, и поверх него пришлось дописывать собственный рандомизатор. Ту же беду позже ловили в версии для Game Boy и решили уже строго: добились, чтобы длинная палка обязательно выпадала хотя бы раз на тринадцать фигур.

Остальное рецензенты отмечали уже в западном издании 1988 года: на экране показывают следующую фигуру, так что игрок думает не на ход, а на два вперёд, а поставленную фигуру можно досрочно уронить на дно и получить больше очков. Чем увереннее играешь, тем быстрее сам разгоняешь игру.

Выход и приём

Экспортом советского программного обеспечения на Западе по закону занималась только государственная «Электроноргтехника» (ЭЛОРГ), но узнала она о «Тетрисе» с опозданием. В 1986 году копия игры попала в будапештский институт SZKI, где её обнаружил Роберт Стайн из британской Andromeda Software. Стайн списался с Вычислительным центром по телексу и по смутному ответу решил, что лицензию получил, — после чего перепродал права на компьютерные версии английской Mirrorsoft и американской Spectrum HoloByte, даже не дождавшись официального договора с ЭЛОРГом. Spectrum HoloByte выпустила игру 29 января 1988 года, с обложкой в виде собора Василия Блаженного, и за год продала около 100 тысяч копий. Когда в ЭЛОРГе узнали о несанкционированной сделке, Стайну пришлось спешно всё легализовать: соглашение, подписанное в мае 1988-го, закрепило за ним права только на компьютерные версии — не на игры для приставок.

Тем временем Mirrorsoft без разрешения переуступила консольные права студии Tengen (подразделению Atari Games), а японский предприниматель Хэнк Роджерс, увидевший «Тетрис» на выставке CES зимой 1988 года, получил через ЭЛОРГ права на японские компьютеры и приставку Famicom — тоже, как выяснилось, в обход настоящего расклада прав. Когда Nintendo решила сделать «Тетрис» игрой по умолчанию для новой портативной приставки Game Boy, Стайн медлил с ответом, и в феврале 1989 года Роджерс сам полетел в Москву — договариваться с ЭЛОРГом напрямую. Он привёз с собой картридж японской версии как доказательство успеха игры, доплатил за неучтённые продажи и в марте 1989-го добился того, что права на все версии для приставок, включая портативные, ЭЛОРГ передал Nintendo. Nintendo тут же потребовала от Tengen прекратить выпуск своего картриджа, но та в мае 1989-го всё равно выпустила версию для NES, зарегистрировав на неё копирайт в обход настоящих владельцев. Суд встал на сторону Nintendo: в июне 1989 года был наложен предварительный запрет, а в ноябре того же года вынесено окончательное решение об исключительных правах Nintendo на консольные версии игры. Вышедший в июне 1989-го «Тетрис» для Game Boy разошёлся тиражом свыше 35 миллионов копий и на годы стал главной причиной купить эту приставку.

Деньги при этом распределились неравномерно. Стайн, продавший одни и те же права несколько раз подряд, заработал на всей истории около 200 тысяч долларов. Nintendo — порядка 80 миллионов долларов напрямую от игры, а вместе с самой приставкой Game Boy, которую «Тетрис» помогал продавать, — около 2 миллиардов. Сам же Пажитнов, автор игры, за десять лет действия государственного контракта не увидел ни цента: все отчисления шли институту и советскому, а затем российскому государству.

Американское издание было не портом, а переделкой: Spectrum HoloByte написала программу заново и посадила стакан с фигурами на фон из девяти советских видов — стадион имени Ленина, база подлодок в Мурманске, первомайская демонстрация на Красной площади, вид на Землю с «Салюта». Пресса спорить не стала: и Computer Gaming World, и Compute! писали об одном и том же — правила объясняются за минуту, а оторваться нельзя.

Наследие

В декабре 1995 года десятилетний контракт истёк, и права на «Тетрис» вернулись лично Пажитнову. Опасаясь, что приватизированный к тому моменту ЭЛОРГ попробует оставить права себе, Пажитнов объединился с Роджерсом: в 1996 году они на паритетных началах основали The Tetris Company, которая с тех пор выдаёт лицензии на все версии игры и следит за их качеством. В 2005 году Роджерс выкупил долю ЭЛОРГа, консолидировав контроль над брендом в Tetris Holding. Пажитнов переехал в США, работал в Microsoft над казуальными играми и получил американское гражданство; с 1996 года он наконец получает доход от собственного изобретения. Первым официальным продолжением стал «Welltris» (1989), сделанный Пажитновым вместе с зеленоградским кооперативом «Дока», а вся история борьбы за права в 2023 году легла в основу байопика «Tetris» с Тэроном Эджертоном в роли Хэнка Роджерса.

Пасхалки

В американской версии 1988 года есть «кнопка начальника»: клавиша Escape подменяет стакан с фигурами копией таблицы Lotus 1-2-3, повторное нажатие возвращает игру. Рецензент Compute! называл это спасением для тех, кто играет на работе. В советском оригинале шутки не было — она появилась вместе с переделкой Spectrum HoloByte.

Интересные факты

• Название игры — гибрид слова «тетра» (четыре — по числу клеток в фигуре) и «теннис», любимого вида спорта Пажитнова.
• Первая версия не имела графики: «Электроника-60» умела выводить только текст, и фигуры складывались из квадратных скобок на 80-символьном экране.
• Изначально Пажитнов хотел портировать головоломку «Пентамино» с фигурами из пяти клеток, но вычислительных мощностей института на это не хватило.
• Роберт Стайн, продавший права на игру несколько раз за три года, заработал на этом около 200 тысяч долларов — меньше, чем позже получали разработчики куда менее известных игр.
• Алексей Пажитнов не получал денег за собственную игру до 1996 года: все права первые десять лет принадлежали советскому, а затем российскому государству.
• Знаменитая мелодия «Тетриса» — обработка русской песни «Коробейники» на стихи Николая Некрасова; в игре она появилась не в советском оригинале, а в западных версиях, и уже потом Хирокадзу Танака сделал для Game Boy ту самую аранжировку.
• В 2012 году Пажитнов собрал «перевёрнутый» «Тетрис» — Tetris Reversed, где фигурами надо было расчищать узор на фоне. Прототип так и не выпустили, и он пролежал на старом компьютере до 2023 года.